суббота, 6 апреля 2013 г.

цветы жизни или как их там

И вот сегодня, когда мелкий крикливый мальчик в маршрутке методично пинал меня своим грязным резиновым сапожком, оставляя забавные разводы на моих светлых джинсах, я в стомиллионный раз поняла, что не люблю детей.
Вчера я, правда, в порядке исключения умилялась пятилетнему ребятенку, который заявил своей бабушке "козинку несу я, я зе музцина". Но тем не менее.




Я была насквозь болящий ребенок, и поэтому о таком понятии как садик слышать не слышала, и друзьями у меня были соответственно все взрослые.
Я любила маминых приятельниц и медсестер, тех которые еще не успели обременить себя малышастиками, но нереализованные материнские чувства у них уже начинали бушевать. Любила дочку маминой лучшей подруженции, которая  аж на 7 лет старше меня. Но тем не менее обреченно шла со мной  под мои разгульные вопли "Люляяяя, посли иглааать!"
И есессно у меня всегда была мама, которую я могла донимать в режиме нон-стоп и таскаться за ней с куклами по всей квартире, до того момента, пока родительница не прибегала к крайним мерам и не включала мне Русалочку с гнусавым одноголосным переводом, таким, что до 10 лет меня не смущало, что русалочка говорит таким же прокуренным басом как слесарь Семеныч из местного ЖЭКа.





Короче говоря, другие дети в мою картину мира не вписывались, ну вот никак. И даже в те моменты, когда мама выводила меня порезвиться на площадку, я предпочитала в одиночестве делать подкоп в песочнице, нежели чем толпой оголтелых детей гонятся за соседским Барсиком или сбивать коленки и зачатки мозга на всяких лазалках.

И вообще уже тогда у меня стала закрадываться крамольная мысль, что это я какая-то дефективная.
Особенно после того как мы сидели с мамой в поликлинике, где на стене масляной краской был нарисован кривенький Айболит и укуренная живность в ассортименте, а медсестра с пергидрольными Артемоновскими кудрями и помадой цвета раствора марганцовки то и дело выкрикивала чьи-то фамилии.
Я боялась. Я так боялась, что у меня потели ладошки и я хотела забиться под лавку, в надежде, что про меня все забудут. Но план с лавкой был обречен на провал, потому что еще с утра на меня нацепили новый джинсовый комбинезончик с бегемотиком, и в нем полагалось сидеть непременно смирно и изображать хорошего ребенка.
Вековая печаль отражалась в моих карих глазенках, звук бьющейся пилки о эмалированный поднос доводил до иступляющей паники.
Дело в том, что меня ждала прививка. Под лопатку. Одна только мысль, что после всего мне купят сундучок Милки-Вей, хоть как-то грела.

Дверь в процедурный кабинет была приоткрыта, и я полностью могла "наслаждаться" реакцией других таких же каторжников как и я. Мелкому взъерошенному мальчику повезло, потому что ему ничего никуда не кололи, особенно под лопатку, ему всего лишь дали розовые горькие капли, но всяко лучше. А он взял и устроил форменную истерику и на всякий случай, чтобы никто не сомневался в серьезности его намерений, пнул пергидрольную медсестриху.

А девочка Оля с присущей ей детской непосредственностью возьми и ляпни "Мам, а сто с мальсиком? Он номальный?" А его мать, ну мальчика-крикуна, выволакивая его из процедурной отметила, что сама я ненормальная и таких детей надо на привязи держать вот.
С тех пор я знаю, что нет ничего хуже моей матушки в гневе. Та тетка кстати тоже знает.

Сундучок мне тогда купили. И новую ленточку в волосы. Но комбинезон я все-таки извазюкала, когда неграциозно грохнулась в лужу, потому что за ким-то чертом мне понадобилось поймать и съесть голубя.

Но последней каплей моего терпения, когда я точно решила, что дети бесят меня и что от них одни неприятности, стало вот что.

Мне было где-то между 4 и 5, самый прекрасный возраст, ну реально.
К тому времени у меня уже была своя козырная комната, обклеенная дефицитными обоями в котятку и.... решетками на окнах. Это не родительское ноу-хау, нет, способностей к полетам с подоконника у меня не наблюдалось, в отличии от прошлых хозяев квартиры, или я просто не знаю за ким дьяволом люди ставят решетки на окна на третьем этаже. И еще я не знаю почему мы их не убрали сразу, а только когда мне стукнуло великовозрастное тринадцать, и уже отчим устроил грандиозный ремонтище. То есть я фактически с десяток лет прожила в зарешетченной комнате, какой вообще спрос с меня, ну.

Ну не суть. Комната меня мало привлекала, хотя на пианино чинно восседали мягкие игрушки, в секретере покоились куклы, а на подоконнике бумажный зоопарк.

Все равно самой крутой игрушкой был стол. Обычный такой советский стол, лаковый и раскладывающийся с обеих сторон,  который был наверняка у каждой второй семьи. После какого-то праздника маман собрала только половину этого деревянного чудовища и придвинула его к стене, а я не преминула этим воспользоваться.
Скатерть была большая и свисала почти до пола, а под столом образовался шикарный такой для маленькой девочки "дом".
Я тут же стащила туда весь свой арсенал игрух и печенье и стала там проводить большую часть своего времени, и даже мультики смотрела там, кокетливо выглядывая из-под скатерти.
Мама уже тогда старательно уважала мое личное пространство и под стол не совалась, несмотря на то что у меня там была демо-версия хаоса.

И вот в один из летних дней, когда я по обыкновению торчала под столом, к нам пришла мамина подруга. Пришла не одна, а с сыном. Он был всего года на полтора меня младше, но сразу мне не понравился, потому что мама совершила роковую ошибку - она взяла его на руки. До этого она правда совершила еще одну - вырастила из меня эгоистку.

Мы сидим за столом, я покорно ем суп и болтаю ногами, а мальчик, который наверняка задумал отобрать у меня маму (моя пятилетняя логика уже тогда давала сбои) отправился исследовать квартиру.
Получасом позже я нашла его в своем "доме". Он съел мои печеньки и раскидал игрушки. Я чувствовала себя как.. наверно как маленький мишутка, который нашел у себя в кроватке оборзевшую Машенькую. Ну вообщем я ему двинула. Да, вот так взяла и стукнула его, ибо нефиг. Он по всем законам жанра зарыдал и Оля попала осталась без торта и весь оставшийся день провела в углу. Вызволил меня оттуда только папа вечером, который оказался полностью на моей стороне.

В "доме" я проживать все равно продолжила, до тех пор пока у стола не отломилась ножка и не зазвездила мне прямо в глаз, оставив на память шрамик над бровью, малиновый фингал и реки слез.

А еще из моего нудного повествования напрашивается вывод, что все проблемы от мужиков, пусть даже они еще и в школу не ходят. Ну это так...

Не люблю я их. Куплю своим детям стол и скатерть пусть там тусуются до совершеннолетия

Пойду наверно джинсы чистить...

6 комментариев:

  1. Страшный ты человек, Оля :)

    Играть под столом, строить домики из подушек - милое дело.

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Ужжжасный просто, комбинезон с бегемотом сделал меня такой))

      Удалить
  2. А чего ты седела и давала тому мальчику свои джинсы марать???? Не любит она детей))) Своих залюбишь!! Я люблю всех детей, но порой смотреть противно во что детей превращают родители.
    Я б мальчику, маме его или кто там с ним был сказала бы! детей нужно воспитывать, я понимаю если один раз нечаянно он тебя задел, но методично это верх наглости уже...
    ТАк что Оля, дети как и взрослые бывают разные! БЫвают золотые детки, а бывают оторви и выбрось! Так что не обобщай:)

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Кто сказал, что я молчала, я устала уже просто с этими мамашами неадекватными бороться, у них на все два ответа "сама роди" и "это же ребенок")

      Не, дети есть хорошие, сестра моя например. Но хорошие они тихие и милые, как мальчик с тележкой; и никому не мешают, следовательно и в памяти надолго не задерживаются)

      Удалить
  3. Мне вроде как 23 года, и я всё жду, когда во мне проснется что-то вроде материнского инстинкта и любви к детям. Но нифига. Друзья считают меня ни много-ни мало сухарем, но что поделаешь.
    Раз в год меня умилит какой-нибудь спокойной симпатичный ребенок, но глядя на толпы чумазых-слюнявых-ноющих-разболтанных родителями чад, остатки умиления улетучиваются.
    Конечно, я люблю родного племянника, и думаю, посижу с детьми друзей, если попросят, но вообще дети для меня - кошмарный сон.
    Я тоже страшный человек, видимо)

    ОтветитьУдалить